Мир сочинений – это сайт, где можно найти и скачать бесплатно сочинения про любые темы. например: Сочинения. Салтыков-Щедрин М.Е. История одного города. Краткое содержание - сочинение - сочинение скачать бесплатно, готовые сочинения по русскому языку и по русской литературе, полное собрание сочинений, а также рефераты по литературе и сочинения за 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11 класс бесплатно.

Мир сочинений » Сочинения по литературе. Краткое содержание произв » Салтыков-Щедрин М.Е. История одного города. Краткое содержание - сочинение

Приветствуем Вас на этом сайте «Мир сочинений».
Сайт «Мир сочинений» – это сайт, где можно найти и скачать бесплатно готовые сочинения по русскому языку и по русской литературе.
Если у Вас есть своё сочинение, и Вы хотите поделиться своим сочинением с другими посетителями, то присылайте своё сочинение нам, и в скором времени мы опубликуем Ваше сочинение на нашем сайте.
Послать своё сочинение сейчас
 
Тема сочинения

Салтыков-Щедрин М.Е. История одного города. Краткое содержание - сочинение

Сочинения по литературе. Краткое содержание произв
---

Источник сочинения: Сочинение Салтыков-Щедрин М.Е. История одного города. Краткое содержание - сочинение

Сочинение "Салтыков-Щедрин М.Е. История одного города. Краткое содержание - сочинение"



Интересная статья? Поделитесь ей с другими:


Сочинение на тему : Салтыков-Щедрин М.Е. Произведение "История одного города"

Беневоленский Феофнлакт Иринархович - градоначаль-ник, сменивший князя Микаладзе. При нем "благополучие глу-повцев... не только не нарушилось, но получило лишь пущее утверждение", так как Беневоленский фактически устранился от дел. Однако в отличие от Микаладзе он "чувствовал непрео-боримую наклонность к законодательству" и, невзирая на на-чальственный запрет, тайком издавал законы, хотя вообще-то, не слиш- ком обременительные для глуповцев и более того носившие коми-ческий характер ("Устав о добропорядочном пирогов печении"). Подумывал более того о сочинении конституции, хотя при этом уже проявилась его истинно градопачалышческая натура: "Слово "обязанности" он сознавал очень ясно, так что мог об этом пред-мете исписать целые дести бумаги, но "права" - что такое "пра-ва"?" Тем не менее, написанный им "Устав о свойственном гра-доправителю добросердечии" содержал крамольные, с точки зрения начальства, пункты: "Да памятует градоправитель, что одною строгостью... ни голода людского утолить, ни наготы че-дловеческой одеть не можно". И когда Беневоленский пытался Оправдываться тем, что "никогда глуповцы в столь тучном со-стоянии не были, как при нем", ему отвечали, что "правее бы он был, если б глуповцев совсем в отощание привел, лишь бы от издания нелепых своих строчек... воздержался". Некоторые детали жизнеописания Беневоленского имеют очевидное сходство с биографией видного деятеля начала цар-ствования Александра I - М.М.Сперанского, чья законотвор-ческая дело завершилась опалой и ссылкой. Бородавкнн Василиск Семенович - тип градоначальника, "у которого ноги во всякое пора готовы были бежать неведо-мо куда". "Вмещал... в себе" много крику. В его сочинении "Мыс-ли о градоначальническом единомыслии, атакжео градоначаль-ничсском единовластии и о прочем" отразились не столько более того его "идеалы", сколько повседневный обиход сто общения с обы-вателями, каждый из которых, по его убеждению, "всегда в чем-нибудь виноват": "Речь должна быть отрывистая, взор обещаю-щий дальнейшие распоряжения, походка неровная, как бы су-дорожная".В его сочинении "Мыс-ли о градоначальническом единомыслии, атакжео градоначаль-ничсском единовластии и о прочем" отразились не столько более того его "идеалы", сколько повседневный обиход сто общения с обы-вателями, каждый из которых, по его убеждению, "всегда в чем-нибудь виноват": "Речь должна быть отрывистая, взор обещаю-щий дальнейшие распоряжения, походка неровная, как бы су-дорожная". И хотя он жаловался, что руки у него связаны, и втихомолку сочинял устав "о нестеснении градоначальников законами", на самом деле ничем не стеснялся и, ведя войны "за просвещение", ходил на обывателей походом, разоряя дома и слободы. При всей фантастичности отдельных деталей (войс-ко Бородавкина состояло из оловянных солдатиков, лица ко-торых в соответствующий момент наливались кровью), у этих эпизодов была совершенно реальная историческая основа: насильственное введение картофеля, начиная ещё со времен Екатерины.
В "Губернских очерках" "озорник" брезгливо рассуждает о том, как "у них" (крестьян) все "тупо принимается": "у нас столько было tracas с этим картофелем! точно мы их в язычес-кую веру обращали". Каковы были "хлопоты" по обращению в картофельную "веру", видно из официального отчета по Вятс-кой губернии, вероятно известного служившему там Салтыко- ву: "Для приведения толпы в некоторое смущение глава администрации области велел вручить залп из 46 ружей. 30 человек были повержены на землю". Больше крестьяне не упорствовали, "убедившись, - как сказано в том же документе, - в пользу мер правительства к разведению сего овоща". Сравним с этим сказанное в бородав-кипском сочинении: "...Может случиться и так, что толпа, как бы окоченев в своей грубости и закоренелости, коснеет в ожес-точении. Тогда надлежит палить". Брудастый Демеитнй Варламович (Органчик) - глуповс-кий градоначальник. При первом же появлении "пересек уйму ямщиков" и ошеломил представлявшихся ему чиновников воз-гласом: "Не потерплю!" Ограничиваясь и в дальнейшем повто-рением этой единственной фразы, он поверг всех в ужас. Зага-дочность поведения Брудастого нашла неожиданное объясне-ние: у пего в голове был органчик, способный исполнять "не-трудные музыкальные пьесы" - "Раззорю!" и "Не потерплю!". Отвечая на упреки в "преувеличении", Щедрин писал: "Ведь не в том дело, что у Брудастого в голове оказался органчик, наи-грывавший романсы: "Не потерплю!" и "РаззорюГ, а в том, что есть люди, которых все существование исчерпывается этими двумя романсами.Отвечая на упреки в "преувеличении", Щедрин писал: "Ведь не в том дело, что у Брудастого в голове оказался органчик, наи-грывавший романсы: "Не потерплю!" и "РаззорюГ, а в том, что есть люди, которых все существование исчерпывается этими двумя романсами. Есть такие люди или нет?" Глуповцы - обитатели города, образ которого в первый раз по-явился в начале 1860-х гг. в очерках писателя Тлупов и глу-повцы" и Тлуповское распутство", запрещенных цензурой. Глу-повцы, как пояснил Щедрин в полемике с критиками книги, - это "народ исторический", то есть реальный, не идеализирован-ный, "люди, как и все другие, с тою только оговоркою, что при-родные их свойства обросли массой наносных атомов... Поэто-му о действительных "свойствах" и речи нет, а есть... только о наносных атомах". Эти "атомы" - пассивность, невежество, "на-чальстволюбие", забитость, легковерие, способность к вспыш-кам слепой ярости и жестокости - изображены сатириком в крайне гиперболизированном виде. Глуповец - "человек, ко-торому с изумительным постоянством долбят голову и кото-рый, разумеется, не может прийти к другому результату, кроме ошеломления". Проявление же иных "свойств" имеет для их об-ладателей самые трагические последствия. Судьбы Ионки Ко-зыря, автора книги "Письма к другу о водворении на земле доб-родетели", дворянского сына Ивашки Фарафонтьева, который был посажен на цепь и "умре" за "хульные слова", что "всем-де людям в еде равная потреба... и кто-де ест много, пускай делит-ся с тем, кто ест мало", учителя Липкина и других "вольнодум-цев" составляют глуповский "либеральный мартиролог". И только правление Угрюм-Вурчеева привело к тому, что и "ря-довые" глуповцы при всей своей забитости ощутили, что "да-лее дышать в этом воздухе невозможно".
Грустилов Эраст Андреевич - глуповский градоначальник, статский советник. "Друг Карамзина" (носит имя одного из первостепенных героев его "Бедной Лизы"). "Нежность и чувствитель-ность сердца" не мешала ему "довольно непринужденно распо-ряжаться казенною собственностью" во пора службы прови-антмейстером. При этом, взирая на солдат, евших черствый хлеб, Грустин проливал обильные слезы. Не стеснялся он и удовлетворять свое сластолюбие. В описании того, как имза-тем овладевает покаянное настроение, во многом фальшивое и деланное, есть определенное сходство с биографией Александ-ра I, который в конце жизни впал в мистицизм и потакал край-ним мракобесам.В описании того, как им за-тем овладевает покаянное настроение, во многом фальшивое и деланное, есть определенное сходство с биографией Александ-ра I, который в конце жизни впал в мистицизм и потакал край-ним мракобесам. Таковы возведение юродивых Парамоши и Яши в ранг философов и расправа с учителем Линкнным, у которого нашли книгу самого невиннейшего содержания. По-добные черты были присущи и царствованию Николая I, когда после европейских революции 1848 г. в Московском универси-тете был отменен курс философии, а логику и психологию чи-тал профессор богословия. Двоекуров Семен Константиныч - статский советник, при-сланный в Глупов градоначальником после истории с Орган-чиком и вызванной этим смуты. По иронической аттестации автора, "выказывал себя продолжателем того преобразователь-ного дела, которым ознаменовалось начало восемнадцатого сто-летия в России". Главным из его "преобразований" было введе-ние в употребление горчицы и лаврового листа; при этом он "розог не жалел". Ходатайствовал об учреждении в Глупове академии - не столько для распространения наук, сколько для их "рассмотрения". Послужил вдохновляющим примером для Бородавкина. Дунька-Толстопятая и Матренка-Ноздря - самозванки-гра-доначалышцы из простонародья, участницы "глуповского меж-доусобия". Заявляли, что не раз бывали у прежних градоначаль-ников "для лакомства". "Бесчинствовали несказанно": "сшиба-ли проходящим головы... ели младенцев" и т. п. Обезумев от ужаса, глуповцы сначала перебили массу народа, а потом уто-пили Матренку и осадили Дуньку, которая отчаянно обороня-лась, но была заедена клопами. Дю-Шарио Ангел Дорофеевнч - "виконт... французский вы-ходец". Отъевшись на должности градоначальника после бро-дячей эмигрантской жизни, "начал болтать и уже не переста- вал". Убеждении не имел и готов был разделить любое ради "лишнего четвертака". Начав как-то объяснять глуповцам пра-ва человека, "кончил тем, что объяснил права Бурбонов". Но в администрацию не вмешивался, что "обещало продлить благо-получие глуповцев без конца".Но в администрацию не вмешивался, что "обещало продлить благо-получие глуповцев без конца". Оказался девицею и был выс-лан за рубеж. Клемантннка де Бурбон - самозванка. Склонила солдат ме-стной инвалидной команды на свою сторону, поскольку ее отец был где-то градоначальником. После победы над своей пред-шественницей Палеологовой впала в беспробудное пьянство, была взята в плен новой претенденткой Лядоховской и содер-жалась в клетке на городской площади на потеху прохожим. Лядоховская Лнеля Алоизиевна (Нелька) - самозванка, ос-новывавшая свои претензии на том, что "тоже была как-то од-нажды призываема к градоначальнику". Свергла "девку Амаль-ку" (Штокфпш) и посадила ее в клетку, где уже содержалась Клемантннка де Бурбоп ("...к утру на прочий день в клетке ни-чего, кроме смрадных их костей, уже не было!" - повествует глуиовский летописец). При появлении новых самозванок, Дупыш-Толстопятой и Матренки-Ноздри, "под шумок" убра-лась восвояси.
Мнкаладзе Ксаверий Георгиевич - князь, "черкашенин, по-томок сладострастной княгини Тамары", "обольстительной на-ружности" и столь охочий "до женского пола, что увеличил глу-повскос народонаселение почти вдвое" и "умер от истощения сил". При этом он был из тех немногих градоначальников, при которых глуповцам удалось слегка перевести дух. Застав их в состоянии полного одичания ("перестали стыдиться, обросли шерстью и сосали лапы"), "изумленный" Мнкаладзе счел за благо "1) просвещение и сопряженные с оным экзекуции пре-кратить и 2) законов не издавать". Благодаря этому обитатели вскоре приняли человеческий облик. Макаладзе не только сам отличался учтивостью, но и полицейские при нем "настолько усовершенствовали свои манеры, что не всякого прохожего хва-тали за воротник". Разительный контраст между этой более чем скромной деятельностью и очевидными успехами "на том мир-ном пути, по которому чуть-чуть было не пошла глуповская цивилизация" при нем, Беневоленском и Прыще, иллюстриру-ет излюбленную мысль Щедрина о благотворности исчезнове-ния или хотя бы ослабления административного вмешательства в народную жизнь. Палеологова Ираида Лукинична - первая из самозванок, объявившихся после смятения, вызванного историей с Бруда- стым-Органчиком.Палеологова Ираида Лукинична - первая из самозванок, объявившихся после смятения, вызванного историей с Бруда- стым-Органчиком. Свои претензии основывала на своей "ис-торической" фамилии и на том, что ее покойный муж, винный пристав, однажды где-то временно исполнял обязанности гра-доначальника. Во главе трех солдат инвалидной команды зах-ватила казну и объявила себя градоначалыпщей. Осажденная следующей претенденткой, Клемантинкой де Бурбон, взорва-ла себя совместно с казной. В "Сказании о шести градоначалыш-цах" много деталей, сходных с событиями Смутного времени и дворцовыми переворотами в России XVIII в. Прыщ Иван Пантелеич - подполковник. По его собствен-ным словам, "в сражениях не бывал-с, но в парадах закален более того сверх пропорции". Состояния "изрядного" ("Командовал-с; ста-ло быть, не растратил, а умножпл-с"), прибыл в Глупов с "пла-ном кампании": "отдохнуть-с!" От всякого вмешательства в обы-вательские дела отказался, чем привел город к неслыханному по глуповским меркам изобилию: "хлеба уродилось столько, что, кроме продажи, осталось более того на свое употребле-ние". Однако непривычных к благоденствию обитателей настора-живали некоторые странности в поведении градоначальника ("...каждую ночь уходит спать на ледник" и т. п.). В конце кон-цов обнаружилось, что у П. фаршированная башка.
Угрюм-Бурчеев - в прошлом "прохвост" (просторечное ис-кажение слова "профос" - полковой палач, позднее - "пара-шечник", уборщик нечистот), назначенный глуповскнм градо-начальником за преданность: в подтверждение своей любви к начальнику отрубил себе палец. В значительной мере прототи-пом его служил фаворит Павла I, а далее и Александра I Л.А.Аракчеев. Выполняя стремление Александра создать военные поселения, он, как сказано в статье энциклопедического слова-ря Брокгауза и Ефрона, "повел дело круто, с беспощадною пос-ледовательностью, не стесняясь ропотом народа... Кроме угож-дения воле монаршей и исполнения требований службы, он ни-чем не стеснялся". Воспользовавшись деталями внешности Аракчеева и частично Николая I, сатирик создал гротескный образ "мрачного идиота", столь же гиперболизированный, как и упоминаемый портрет Угрюм-Бурчсева на фоне пустыни, "посреди которой стоит острог; сверху, вместо неба, нависла серая солдатская шинель.Воспользовавшись деталями внешности Аракчеева и частично Николая I, сатирик создал гротескный образ "мрачного идиота", столь же гиперболизированный, как и упоминаемый портрет Угрюм-Бурчсева на фоне пустыни, "посреди которой стоит острог; сверху, вместо неба, нависла серая солдатская шинель...". Герой имеет обыкновение спать на голой земле, есть сырое лошадиное мясо, часами маршировать в одиночку, подавая самому себе команды, и т. п. В его фигуре и поступках доведены до крайности "виртуозность прямолиней-ности", страсть к "нивелляторству" (уравнительности), готов-ность "взять в руки топор и, помахивая этим орудием творче- ства направо и налево, неуклонно шагать, куда глаза глядят", - черты, существующие в самых разных идеологических обличь-ях отчетливо тоталитаристского свойства - как современных писателю, так и более поздних. Некоторые картины разрушения старого Глупова при Уг-рюм-Бурчсеве ради возведения нового города, при всей своей фантастичности, кажутся пророческим предупреждением: "От зари до зари люди неутомимо преследовали задачу разруше-ния собственных жилищ, а на ночь укрывались в устроенных на выгоне бараках... Казалось, что рабочие силы Глупова сде-лались неистощимыми и что чем более заявляла себя бессты-жесть притязаний, тем растяжимее становилась сумма орудий, подлежащих се эксплуатации". Однако эта "бесстыжесть при-тязаний" дает осечку при попытке "мрачного идиота" "унять" реку, озадачившую и оскорбившую сто своим вольным течени-ем. По его приказу ее запрудили, породив у него мечты о "сво-ем собственном море" и выгодах, которые оно принесет (нео-жиданно напоминающие фантазии Порфирия Головлева). Од-нако река вскоре смыла преграду, и это становится символом конечного поражения всякого произвола над жизнью. Набира-ет силу и возмущение действиями градоначальника, таящееся в человеческих душах. История Угрюм-Бурчеева, а с ней и вся книга, завершается грозной картиной "не то ливня, не то смерча", гневно налетев-шего на Глупов:"раздался треск, и бывший прохвост моменталь-но исчез, словно растаял в воздухе".История Угрюм-Бурчеева, а с ней и вся книга, завершается грозной картиной "не то ливня, не то смерча", гневно налетев-шего на Глупов:"раздался треск, и бывший прохвост моменталь-но исчез, словно растаял в воздухе". Остается загадкой, аллего-рическая ли это картина сокрушительного народного бунта или катастрофа, ниспосланная самой природой, которой Угрюм-Бурчеев бросил безрассудный вызов, посягнув на "извечное, не-рукотворное". Обращает на себя чуткость то, что на звучав-шую с напыщенной торжественностью фразу о начале схватки Угрюм-Бурчеева с рекой: "Борьба с природой восприяла нача-ло" - откликается чеканный финал главы, звучащий как апо-калипсический итог градоначальнических деяний: "История прекратила течение свое". Фердыщенко Петр Петрович - бригадир, бывший денщик князя Потемкина. Сначала глуповцы при его правлении "свет узрили", поскольку Фердыщенко по своей простоте целых шесть лет "ни во что не вмешивался". Однако потом "сделался деятелен" и вошел во вкус, беззастенчиво утоляя свои алчность и лгобострастие. С недовольством же глуповцев, вызванным го-лодом и пожарами, "справлялся", выпрашивая у начальства вместо хлеба воинскую команду. Его путешествия из конца в конец по городскому выгону в сумасбродной надежде, что от этого "утучнятся поля, прольются многоводные реки, поплы-вут суда, процветет скотоводство, объявятся пути сообщения", - это злая пародия на торжественные поездки но стране царя и других "высоких особ" (начиная со знаменитого путешествия Екатерины II в Крым, когда на ее пути возводились декоратив-ные деревни, получившие прозвище потемкинских).





Вы прочли сочинение Салтыков-Щедрин М.Е. История одного города. Краткое содержание - сочинение









Поиск по сочинениям
 



Скачать принципиальные электрические схемы . Электроника, радиосхемы, схема устройства

Полезно

Сайт «Мир сочинений» – это сочинения про и на разные темы, литература сочинение класс, русский язык сочинение, скачать сочинение, сочинение описание, школьное сочинение, сочинения 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11 класс, собрание сочинений, сочинение рассуждение, сочинение образ, свободные сочинения, сочинения по литературе, бесплатно скачать сочинение, краткие лучшие сочинения, сочинения рефераты, примеры сочинений и многое другое!